ПОСЛОВИЦА

Образное законченное изречение, имеющее назидательный смысл, обычно характеризующееся особым ритмо-интонационным и фонетическим оформлением (параллелизм построения, стихотворный размер, звуковые повторы, рифма и т. п.). Береги колхоз, получишь хлеба воз. Волков бояться — в лес не ходить. Любишь кататься — люби и саночки возить. На трактор надейся, а коня не бросай. Неправдою свет пройдешь, да назад не воротишься. Попытка не пытка, а спрос не беда. Согласного стада и волк не берет. Ученье — свет, а неученье — тьма.

Синонимы:
адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка


Смотреть больше слов в «Словаре лингвистических терминов»

ПОСРЕДСТВЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ →← ПОСЛЕЛОГ

Смотреть что такое ПОСЛОВИЦА в других словарях:

ПОСЛОВИЦА

сжатое, общеупотребительное изречение, живущее в народной речи. Содержание пословиц настолько разнообразно, что дать их определение на основании этого ... смотреть

ПОСЛОВИЦА

        краткое, ритмически организованное, устойчивое в речи, образное изречение народа. Обладает способностью к многозначному употреблению по принцип... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛОВИЦА, -ы, ж. Краткое народное изречение с назидательнымсодержанием, народный афоризм. Русские пословицы и поговорки. П. не мимомолвится (посл.). * Войта в пословицу - 1) стать общеизвестным благодарясвоей характерности. Упрямство осла вошло в пословицу; 2) о чьих-н. словах,речениях: войти в общее употребление. Многие строки басен И. А. Крыловавошли в пословицу. II прил. пословичный, -ая, -ое. Пословичное выражение.... смотреть

ПОСЛОВИЦА

пословица ж. Меткое образное изречение, обычно ритмичное по форме, обобщающее, типизирующее различные явления жизни и имеющее назидательный смысл.

ПОСЛОВИЦА

пословица ж.proverb, saying войти в пословицу — become* proverbial

ПОСЛОВИЦА

пословица См. изречение, поговорка... Словарь русских синонимов и сходных по смыслу выражений.- под. ред. Н. Абрамова, М.: Русские словари,1999. пословица изречение, поговорка; афоризм Словарь русских синонимов. пословица сущ., кол-во синонимов: 9 • адагия (2) • афоризм (13) • изречение (26) • паремия (6) • помудрушка (4) • присловица (2) • присловка (3) • присловье (11) • фразеологизм (15) Словарь синонимов ASIS.В.Н. Тришин.2013. . Синонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛОВИЦА, краткое, ритмически организованное, устойчивое в речи, образное изречение народа. Обладает способностью к многозначному употреблению по пр... смотреть

ПОСЛОВИЦА

Пословица — сжатое, общеупотребительное изречение, живущее в народной речи. Содержание пословиц настолько разнообразно, что дать их определение на основании этого признака едва ли возможно; обыкновенно — это общее суждение или наставление, относящееся к какой-нибудь стороне жизни. Форма пословиц — если не считать ее обязательной афористической краткости — также не представляет собой чего-либо постоянного. "Формальная двучленность" П. может считаться ее отличительным признаком только при сравнении ее с поговоркой: П. двучленна, как всякое логическое предложение; поговорка — одна часть суждения, напоминающая о нем — всегда одночленна. Наиболее характерный признак П. — ее роль в обиходе, ее употребление. По происхождению П. аналогична с другими элементарными произведениями народного творчества; личные и групповые моменты связаны в ее создании неразрывно; меткое определение, удачное сравнение, сжатая и ясная формула могут принадлежать одному человеку, но в состав народной речи вводит их только употребление в аналогичных случаях; в этом только смысле и верно замечание Даля, что П. "не сочиняется, а рождается сама". С этой точки зрения нет разницы между П., перешедшей в речь из Библии или из басни Крылова, и чисто народной П., происхождение которой неизвестно: как та, так и другая стала П. лишь с тех пор как ее можно найти в обороте, с тех пор как она, так сказать, <i> потеряла автора</i> и сделалась элементом народной речи и народного мышления. Поэтому не представляют собой П. ни изречения Гете, долженствовавшие, по его мысли, стать пословицами (в "Spr üche in Reim en"), ни такие афористические стихи, как, напр., "Блажен кто с молоду был молод", ни даже такие совершенные подделки под строй и дух народной П., какие встречаются у кн. Одоевского ("Две головни и в чистом поле дымятся, а одна и на шестке гаснет"); нет П. там, где прибавляют, "как сказал такой-то". С другой стороны, едва ли можно согласиться с Э. Тэйлором ("Первоб. культура", I 81), что "период действительного роста П. пришел уже к концу, и составление новых было бы безжизненным подражанием". "Сделать" П. действительно нельзя, но она часто сама "делается" на наших глазах, переходя со страниц книги в живую речь. Не подлежит сомнению, однако, что и на пословицах отражаются судьбы народного творчества, и они по многообразным причинам создаются теперь реже и — как указал Буслаев — принимают иной характер. С литературной стороны происхождение П. может быть различно: она или слагается самостоятельно, в виде общего суждения, выведенного из опыта и наблюдения, или является сокращением, "сгущением" (Потебня, Лацарус) более сложного поэтического произведения — басни или рассказа. Последний случай может, в свою очередь, явиться в разных формах: берется отдельная типичная — обыкновенно заключительная — фраза из целого рассказа, служащая намеком на его содержание ("Мы пахали"), или все существенное содержание его вносится в одно предложение ("Куда конь с копытом, туда и рак с клешней" — сжатый рассказ о том, как ковали коня, а рак подставил свою клешню, чтобы и его подковали). Форма обобщения данных в П. может быть различной и в другом отношении: П. может стать или изображение конкретного случая ("бил цыган мать, чтобы жена боялась") — и тогда мы имеем дело с поэтическим произведением, или отвлеченная формула ("Береги честь смолоду, а здоровье под старость" — произведение прозаическое. Бывают случаи, когда прозаический или поэтический характер П. зависит от ее употребления в буквальном или переносном смысле. "Copy из избы не выносить", как разъяснил Даль, может быть практическим, прозаическим наставлением, так как сор из крестьянской избы с ее высоким порогом выносить неудобно, да для суеверного человека и страшно: в нем могут быть следы живущих в избе людей. Но та же пословица может быть и поэтическим иносказанием: не раскрывай интимных сторон семейной жизни перед чуждыми ей людьми и т. п. Вышла ли пословица из более сложного поэтического произведения или из логической работы обобщающего ума, она во всяком случае является для мысли заместителем обширного содержания, сгущенного в ней. По удачному замечанию Шерера ("Poetik"), П. в древности не существует вне применения, то есть вне подведения определенного случая под общее правило. П. — один из первых видов обобщения; она экономизирует силу, и в этом ее чрезвычайное значение для "первобытного ума". Он находит в ней готовую формулу нравственного поведения, практическое указание, подходящее определение, житейский приговор. Говорящему, по замечанию Буслаева, "уже не нужно было трудиться в приискании приличного выражения для того нравственного закона, который берет он в основание при решении какого-нибудь частного случая. Стоило только вспомнить пословицу, а она сама, как общая мысль, невольно приходила на ум, вызываемая житейскими делами. Таким образом слагалось само собой нравственное умозаключение, как скоро при частном случае или частной посылке припоминалась относящаяся к нему пословица, т. е. общая мысль, или большая посылка". Консервативная первобытная мысль, усматривающая критерий истины не в согласии с разумом, а в исконности, окружает П. ореолом нерушимого предания, догмата, заповеданного прежними поколениями в руководство потомкам: "пословица не даром молвится" или "век не сломится", "без П. не проживешь", "на П. ни суда ни расправы". Происхождение П. из песен (песня "А и горе — гореваньице" вся состоит из П.), сказок, исторических событий показывает, как быстро эта форма народной поэзии превращалась из частного случая в общепризнанное наставление и, переходя из уст в уста, переживала века, находя самые разнообразные применения в жизни народа и отдельных личностей. П. не имела обрядового значения, но всегда была признаком мысли, ума и, может быть, в глубокой древности вела свое происхождение от "вещих мужей" (Владимиров). Значение П. в современном крестьянском обиходе хорошо определяет Носович в предисловии к своему сборнику белорусских П.: "Белоруссы все факты, все случайности человеческой жизни, все поступки, как хорошие, так и дурные и всякое даже суждение о чем-либо подводят под мерило П. своих. Старики пословицами внушают молодежи страх Господень, надежду на Бога и правила честности и добродетели". П. обнимают все стороны народной жизни — религию, культ и натурфилософию, внешний быт, право, суд и общественный строй, мораль, практические приемы, семейную жизнь. Здесь и календарь, и агрономические указания, и юридические формулы, и приметы. Однако, попытки дать на основании П. законченное изображение народного мировоззрения должны быть делаемы с величайшей осторожностью: П. иногда имеют лишь местное значение, иногда противоречат друг другу, часто совершенно не носят определенно национального характера и встречаются у всех народов. Велико их значение для исследования в других, самых разнообразных отношениях. Эпохи их создания оставили на них явный отпечаток; мы находим в них следы мифических воззрений ("у притчи — т. е. горя в виде живого существа — на коне не уйти") и исторических событий; различные стороны бытовой жизни получили в них любопытное выражение. Теория литературы получает от П, интереснейшие образцы народного творчества, стоящего на переходной ступени между словом и эпосом. Форма П. обыкновенно несвободная, складная, мерная, что достигается разнообразными приемами — ритмом, аллитерацией, параллелизмом, рифмой. Изучение внешней структуры П. дает разнообразные данные для суждения о первобытной ритмике, о влиянии формы на содержание и т. п. Так, в русских П. мы находим не только примеры аллитерации, теперь уже чуждой нашей поэтической речи ("два сына да сам в силе", "ехала кума неведомо куда"), но и образцы движения мысли за формой ("невинно вино, виновато пьянство"), давшие Буслаеву повод заметить: "Как для поэта игра звуков и течение мысли совпадают в одном творческом движении души, так и пословица создавалась <i> взаимными силами звуков и мысли".</i> Значение П. в языкознании понятно. Они дают также факты для истории и этнологии; ими доказывалось иногда существование рас, которые предполагались вымершими. В пословицах сохранились указания на большие народные движения, не отмеченные ни писанными хрониками, ни устными преданиями (доказательство гавайского происхождения новозеландских Маори ищут в одной из их П.). Сами хроники пользуются иногда П.: летописец, по одной П. вроде: "погибоша аки Обре" (см.) или "беда аки в Родне", воскрешал старинные, уже забытые события (Владимиров). По П. восстанавливают отношение народа к известным историческим событиям и явлениям ("тиуны, что трут, рядовичи, что искры"). Археолог и антрополог пользуются П. для исследования внешней культуры ("пень не околица") и обычаев ("на нашей улице праздник" — по указанию Максимова, после кулачного боя одной улицы с другой), для определения назначения найденных предметов первобытного обихода. П. дают множество сведений о старинных нравах, обрядах, суевериях. Нормы обычного права так часто выражаются в форме П., что юридическим П. посвящены отдельные сборники (Rech t sparoemiographie), иногда очень богатые. Даже естествоиспытатели находят в П. указания на разнообразные явления природы (таковы особенно метеорологические приметы), которые доступны лишь такому чуткому наблюдателю, как народ, с его близостью к природе; такая русская П., как "не убить бобра — не видать добра", может иметь значение и для зоолога, указывая на былое распространение животного там, где оно теперь вымерло. П., как проявления народной мудрости, пользовались всегда, особенно с тех пор, как стало реже появление новых П., большим вниманием, их записывали и собирали. Начиная с "Polydori Ve r gilii proverbiorum libellus" (Вен., 1498) и "Adagia" Эpaзма (Вен., 1508 и 1520, и Амстердам — у Эльзевиров, 1650), число сборников их — несмотря на полное, в прежнее время, непонимание их научного значения — все возрастает. Чрезвычайная важность П. в такой обширной области знания, как фольклор, вызвала в наше время к жизни ряд новых сборников их (особенно провинциальных), наставлений к собиранию, попыток разобраться в обширном материале, установить периоды его развития (Буслаев — периоды мифический и христианский, уклады охотничий, пастушеский, оседлый и т. д.), классифицировать его. Из опытов систематизировать П. заслуживает внимания следующая схема англлийского "Handbook of folklore", Гомма, основанная на русском сборнике Снегирева, не выдержанная в логическом отношении, но выгодно отличающаяся от других тем, что она в указании рубрик считается с действительным материалом. I. <i>Антропологические П</i>.: 1) естественные и нравственные свойства разных народов; 2) язык, религия, суеверия, нравы и обычаи; 3) этика. II. <i>Юридические</i>:<i> </i> 1) законодательство, законы гражданские, 2) преступление и наказание; 3) суд — учреждения и процедура. III. <i>Естественпо-научные</i>: 1) метеорология и астрология; 2) земледелие; 3) медицина. IV. <i>Исторические</i>: 1) хронология; 2) топография; 3) этнография: 4) личные П. В России литературное изучение П. ведется в двух направлениях — теоретическом и историческом. Теоретики (Потебня, Ляцкий) рассматривают П. как определенную литературную форму, изучают ее структуру, ее отношение к другим формам — басне, песне, поговорке, — ее поэтические и прозаические элементы. Историческое исследование занимается вопросом происхождения П., выделения в ней книжных и заимствованных элементов, ее связи с общим культурным строем, ее эволюции. В современной науке истории литературы П., наряду с другими произведениями народного устного творчества, не приурочены к определенным моментам, за отсутствием для этого — за редкими исключениями в "П. исторических" — достаточных данных; поэтому новейшие курсы истории русской литературы выделяют их из исследования (Пыпин) или рассматривают их в введении (Владимиров). Обзоры чрезвычайно обширной литературы П. — сборников и исследований — см. Gratet-Duplessis, "Bibliographie par é miologique" (П., 1847); приложение к сборнику Leroux de Lincy, "Livre des proverbes" (1842); Nopitsch, "Litteratur der Sprichw ö rter" (Нюрнб., 1833); Zacher, "Die deutsche Sprichwö rtersammlungen" (Лпц„ 1852); русск. — за 1855—1870 гг. у Межова, "История русской и всеобщей словесности" (1872); позже — его же, "Литература русской географии, статистики и этнографии" за 1859— 1880 гг. (СПб., 1861—83); в "Указателе к изд. Имп. геогр. общ." по 1885 г. (СПб., 1886 и 1887) и у Якушкина, "Обычное право" (Ярославль, вып. 2, 1895). Самые старые сборники П. — германские (немецк. — Агриколы 1529 г., Франка 1541 г., Эйеринга 1601 г., Лелана, 1630 г.; латин. — Зейбольда, 1 6 77). В позднейшее время нем. сборники (до Зимрока, 1846 г., 12 тыс. П.) были незначительны, пока новые научные интересы не заставили привлечь к исследованию громадную диалектическую литературу. Тогда появились обширные сборники Вандерса, "Deutsches Sprichw ö rterlexicon" (1863—80, 300 тыс. П.) и Рейнсберг-Дюрингсфельда, "Sprichw ö rter der germanischen und romanischen Sprachen" (Лпц., 1872—75), а также сборники Кёрте (Лпц., 1861), Биндера (Штут., 1874) и Вехтера (1888). Латинские и греческие П. (кроме указанных работ Эразма, Полидора и Зейбольда) собирали: Gruter, "Florilegium ethico-politicum" (Франкфурт, 1610), Gossmann (Лондон, 1844), Wiegand (Лпц., 1861), W ü stemann (Нордг., 1864), Georges (Лпц. 1863), Leutsch и Schueidewin ("Corpus paroemiographorum", Геттинген, 1839—51). французские П. собрали: Panckoucke (Пар., 1740), Quilard ("Dictionnaire des proverbes", 1843), Tuet ("Pr. fran ç ais", 1789), Cahier ("Quelque six mille pr.", 1856), Leroux de Lincy (Пар., 1859); английские — Воhn ("A Handbook of Pr.", Лонд., 1855), Hazlitt ("English Рг"., Лонд. 1869), Mair ("Book of pr.", Л.. 1891); итальянские — Passerini (Рим, 1875); голландские — Harrebomm é e (Утрехт, 1858—1870) и Laurillard (Амстердам, 1875); польские, начиная со сборника Рыжинского (1618 г.) и Кнапского — Войтицкий (1836), Липинский (в рукописи библ. гр. Красинских), Даровский (1874); чешские — Челяковский (1853; здесь же литература славянских и немецких П.). Чрезвычайно велико количество сборников областных пословиц. Особое внимание собирателей привлекали П. восточные, особенно арабские (Erpenius, "Prov. arabicorum centuriae II", 1623; Galland, 1708; Schultens, 1772; Ereytag, 1838—43; Socin, 1878). Сборники П. на шести языках: Gaals, "Sprich-w ö rterbuch" (Вена, 1830), Marin, "Ordspr å k" (Стокг., 1867). <i>Русские сборники</i> П. составляются с конца XVII в. Сохранились рукописные сборники: "Повести, или П. всенароднейшие по алфавиту", в скорописном сборнике конца XVII в. (в Московск. архиве иностр. дел), "Книга о всенародных пословицах" 1714 г. (так наз. Погодинский сборник П. в Имп. Публ. Библ.), "Российские П., собранные по алфавиту в Москве Яньковым", 1749 г. Об одном из таких сборников см. А. Н. Майкова, "Старый рукописный сборник П.", в "Пам. древ. письм. и и ск." (вып. IV, 1880). Печатные собрания начинаются с "Сбора разных П." в "Письмовнике" Курганова, 1769 г.; затем следуют: "Собрание 4291 древних русских П." (1770), "Пословицы русские, собранный Ипп. Богдановичем" (СПб. 1785; типичный образец непонимания научного значения П.: Богданович переложил их в двустишия вроде "Бог не даст, свинья не съест", "Терпи-<i>скат</i>, казак, <i>не осудишь</i>, пока атаманом не будешь" и т. п.); Д. Княжевича, "Полное собрание русских П. и поговорок" (1822); ряд сборников Снегирева — "Русские в своих П." (М. 1832), "Русские народные П. и притчи" (М., 1848), "Новый сборник русских П. и поговорок" (М., 1857); наконец, капитальное собрание В. И. Даля, "П. русского народа" (М.; 1862, 2 изд. СПб., 1879), где собрано более тридцати тысяч П., поговорок, прибауток, присказок и т. п. Другие сборники: "Новые русские поговорки и присказки" (М., 1855); Д. В. Григорович, "Народные беседы" (вып. IX, СПб., 1860); Г. Б., "Собрание П. и поговорок русского народа" (СПб., 1860); Отшельник Мери-хови, "Русск. народ. философия" (СПб., 1882); Н. А. С — в, "Русск. народ, остроумие" (Казань, 1883); О. Верховский, "Сборник русских П." (СПб., 1883); Шатохин, "Употребительнейшие бытовые русские П." (Киев, 1876 и 1884). Объяснение русских П. и исследование их происхождения — Максимов, "Крылатые слова" (СПб., 1890); Михельсон, "Ходячие и меткие слова" (2-е изд., СПб., 1898); Тимошенко, "Литературные первоисточники и прототипы трехсот русских П." (Киев, 1897). Обходя обширную литературу провинциальных и инородческих П., рассеянную по этнографическим изданиям и в областной печати, укажем собрания малорусских П. — Шимацкого-Иллича, (Черн., 1857); Закревского, "Малор. П. (М., 1860) и "Старосветский бандурист" (М., 1861); Номиса, "Украинские приказки" (СПб., 1864); сборники в "Трудах Этногр. Эксп. в Зап. Русск. Край", т. 1, вып. 2 (СПб., 1877) и в "Зап. Геогр. Общ." (т. II, СПб. 1869); Дешко, "Народные песни, П. и поговорки Угорской Руси", в "Зап. Рус. Геогр. Общ." (т. I, стр. 694), и белорусских: Шпилевского, "Бел. П." (СПб., 1862); Чубинского, в "Трудах этн. эксп." (СПб., 1872); Носовича, "Белор. П." ("Зап. Имп. Геогр. Общ. Отд. Этн.", 1869, т. II и СПб., 1877); Романова, "Бел. сборник" (I, Киев, 1886); Добровольского ("Стол. Этн. Сб." вып. III, 1894); Ляцкого ("Чт. Общ. Ист. Др."). Общие замечания о П. рассеяны в исторических и теоретических исследованиях народной поэзии, в курсах антропологии, этнографии, фольклора. Специальные труды: Rohde "De veterum poetarum sapientia gnomica" (Ганау, 1800); de Mery, "Histoire g énérale des proverbes, adages etc." (18 28); Denis, "Essai sur la philosophie de Sancho Pansa" (в "Livre des proverbes", Leroux de Lincy, 1842); Quitard, "Etudes historiques, litt éraires et morales sur les proverbes franç ais" (1816); Becker, "Das Sprichwort in nationaler Bedeutung" (Витенб., 1851); Wahl, "Das Sprichwort der neueren Sprachen" (Эрфурт, 1877); Prantl, "Die Philosophie in den Sprichw ö rtern" (Мюнх., 1881). <i>Русские исследования</i>: Ив. Снгрв (Снегирев), "Замечания о русских П., сходных с греческими" ("Вестн. Европы", 1829, ч. 165, №10 и 11); его же, "Местные пословицы русского мира" ("Библ. для Чтения", 1834, VI); П. Р., "Быт русского народа в его П." (М., 1859); Даль, "Предисловие к П." (1862); Водовозов, "Правда в П." ("Солдатская Беседа", 1863, № 2); его же, "Поэтические образы в русских народных песнях и П." ("Учитель", 1867, №№ 1 — 16); Карпов, "П." ("Друг Народа", 1868, №№ 6 — 13); Дергачев, "Русский синтаксис в П." ("Учитель", 1869, № 2); Хитровский, "О религиозно-церковном элементе в русских П." ("Cap. Епар. Вед.", 1869, №5); Г. Н., "Дети и их воспитание по русским П." ("Воскр. Чтение", 1869, № 49); Буслаев, "Русский быт и пословицы" ("Историч. очерки", 1861); его же, "Русские П. и поговорки" ("Архив" Калачева, 1854, вып. 2; ср. также "Отеч. Записки", 1854, т. 95 и "Современник", 1854, т. 47); Думитрашков, "Народные П. с библейской точки зрения" ("Воскр. Чтение", 1873, №№ 5, 6 и 11); Иващенко, "Религиозный культ южно-русск. народа в его П." ("Зап. Юго-Зап. Отд. Имп. Рус. Геогр. Общ.", т. II, стр. 71 — 108); Глаголевский, "Синтаксис языка русских П." (СПб., 1874); Сергеев, "Поговорки о русских городах и их жителях" ("Др. и Нов. Рос.", 1879, № 1); Дм. Суб., "Русские П. в применении к общежитию" ("Рус. Газета", 1880, №№ 57, 64 и 65); Морозов, глава о П. в "Ист. русск. слов." Галахова (СПб., 1880); Белов, "Русская история в народн. поговорках" ("Историч. Вестник", 1884, кн. 3); его же, "Народный ум в П. и поговорках" (т. же, 1885, кн. 2); Н. С., "К истории пословиц" ("Киев. Старина", 1887); Желобовский, "Семья по воззрениям русского народа, выраженным в П." (оттиск из "Филолог. Записок", Ворон., 1892); Потебня, "Из лекций по теории словесности. Басня, П., поговорка" (Харьк., 1894); Тимошенко, "Византийские П. и славянские параллели к ним" (Варш., 1895); Сумцов, "Опыт исторического изучения малорусских П." (Харьк., 1896); Владимиров, глава о П. во "Введении в историю русской словесности" (Киев, 1896); Ляцкий, "Несколько замечаний к вопросу о П. и поговорках" ("Изв. II отд. Акад. Наук", 1897, т. II, кн. 3); Перетц, "Из истории П." ("Журн. Мин. Нар. Пр.", 1898, май). О русских П. см. также ст. в "Quarterly Review" (1875, октябрь) и "Rev. britannique" (1878,I). Сборники и исследования, посвященные юридическим П.: Hillebrandt, "Deutsche Rechtssprichw ö rler" (Цюр., 1856); Graf und Dietherr — то же (Нердл., 1869); Osenbr ü ggen — тo жe (Базель, 1876); Барсов, "Русское право в народных П." (читано в публ. заседании ком. антроп. выставки, М., 1878); Сухов, "Бытовые юридические П. русского народа" ("Юридич. Вестник", 1874, IX — X); Иллюстров, "Юридические П. и поговорки русского народа" (М., 1885). <i> Ар. Г. </i><br><br><br>... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛОВИЦА (лат. — proverbium, adagium, франц. — proverbe, немецк. — Sprichwort, англ. — proverb. От греческого названия П. — paroimia — идет нау... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛОВИЦА (лат. - proverbium, adagium, франц. - proverbe, немецк. - Sprichwort, англ. - proverb. От греческого названия П. - paroimia - идет научная терминология: паремиология - отрасль литературоведения, занимающаяся историей и теорией П., паремиография - запись П., собирание и издание их) - словесная формула, не связанная с каким-либо литературным или фольклорным произведением и вошедшая во фразеологию массовой речи, утверждение, вывод, совет, наказ - в форме ходячего афоризма. «Пословица к слову молвится».<p class="tab">От П. отличаются гномы, сентенции, апофегмы, изречения (см.) книжного происхождения. От П. нужно также отличать поговорку, которая приближается к идиоме, к ходовому обороту речи и не имеет резко выраженного учительного, дидактического характера. «Поговорка, - говорит Даль, - окольное выражение, переносная речь, простое иносказание, обиняк, способ выражения, но без притчи, без осуждения, заключения, применения: это одна первая половина пословицы». Вместо: «он глуп» она (поговорка) говорит: «У него не все дома, одной клепки нет, он на цвету прибит, трех не перечтет». В живой речи П. можно низвести до поговорки, равно как и поговорка может развиться в П.: «Сваливать с больной головы на здоровую» - поговорка; «Сваливать с больной головы на здоровую не накладно» - П. (пример Даля). Так. обр. П. есть поэтически оформленный афоризм, поговорка - речение, речевой оборот, ходовое выражение.</p><p class="tab">Паремиография ведет свое начало от глубокой древности. Еще Аристотелю приписывали первые записи П. Записями П. занимались греческие, александрийские и римские ученые. В 1500 Эразм Роттердамский издает свод античных пословиц «Adagia»; позднейшие ученые продолжают дело собирания и изучения античных П.</p><p class="tab">Восточные культуры дали богатые образчики древнееврейских, индийских, арабских и других П., часто получавших литературную обработку (Библия, Панчатантра, Коран). В позднейшие века составляются сборники в пределах национальных и шире. Особенное внимание начинает уделяться П. европейских народов по мере роста интереса к «народной словесности» и выделения фольклористики в особую дисциплину (см. «Фольклор»). Что же касается паремиографии восточных народов, то она носит по большей части вспомогательный характер для работ по этнографии и языку. В дальнейшем мы останавливаемся в основном на изучении русской П.</p><p class="tab">О старинных записях русской пословицы см. работу Симони, в которой дано описание и воспроизведение двух рукописных сборников русских П. конца XVII - нач. XVIII вв.: «Повести или пословицы всенароднейшие по алфавиту» и «Рукописный сборник пословиц и присказок Петровского времени». Русская литература XVIII в., будучи по преимуществу просветительной и дидактической, весьма тяготела к П. - П. приводилась в учебных книгах, вводилась в журналы, в театральные пьесы (см. «Письмовник» Курганова, «Были и небылицы» Екатерины II, журнал Новикова «Детское чтение для ума и сердца»). Использована П. и в «Словаре Академии Российской» (1789-1794), для которого их собирал поэт Богданович.</p><p class="tab">Первое научное собрание русских П. принадлежит Снегиреву, продолжателями его явились Буслаев и Даль. Труд Даля «Пословицы русского народа» (1862) и работа Иллюстрова «Жизнь русского народа в его пословицах и поговорках» (1910) являются для дореволюционной России наиболее богатыми собраниями русских П. Кроме сводов пословиц существует ряд произведений очеркового характера, вводивший П. по тематическому принципу. Начало таким очеркам положил Даль; в конце XIX, в начале XX вв. подобные работы дали Коринфский, С. Максимов, А. С. Ермолов. Послеоктябрьские издания П. посвящены преимущественно П. других народов нашего Союза; по русской П. за истекшее время не вышло крупных работ ни собирательского ни исследовательского характера.</p><p class="tab">Идейная направленность П., ее соц. значимость ощущаются очень остро. Однако в трудах буржуазных ученых мы находим большую неясность в этом вопросе. Снегирев, Даль говорят о противоречиях в П. как о чем-то случайном, принимая общее содержание пословичного свода как некую единую народную мудрость. Марксистское литературоведение опрокидывает это понимание и выдвигает другой, реальный критерий: поскольку классовое общество дает диференциацию этических норм, постольку враждебны между собой выражаемые П. установки трудящихся, с одной стороны, и класса-эксплоататора - с другой. Времена националистического отношения к П. отходят в прошлое: П. интернациональна и классова по содержанию, хотя и национальна по форме. П. - «Сытый голодного не разумеет» (русск. П.), «Через поместье богача проходит река, через поместье бедняка - дорога» (туркмен. П.), «У конного отбирает плетку, у пешего - посох» (казакская П. о богачах) - ясно выражают классовые противоречия, взаимоотношения эксплоатирующих и эксплоатируемых, бар и крестьян.</p><p class="tab">Однако нужно заметить, что не всегда классовое происхождение П. обнаруживается ясно: П. остается иногда в кругу тех общих установок, которые могут быть достоянием различных классовых групп в аналогичных жизненных положениях: «Знает кошка, чье мясо съела», «Цыплят по осени считают». Функция П. в данном случае определяется совокупностью речи и ситуации. «Коготок увяз - всей птичке пропасть» - эту П. используют и Толстой и Ленин. П. оформляет некоторую общую категорию, к-рая может быть использована различными социальными группами для себя. Такая П. - лишь составная часть высказывания, и по этой причине она может быть многозначна. Однако существует немало и таких П., классовая природа к-рых ясна безотносительно, тем более что словарь и синтаксис, стилевая форма П. часто говорят сами за себя. Мы узнаем и по содержанию и по форме П. купеческую: «Для нас это плевое дело, а ваши детки скушают», поповскую: «Сила господня в немощах совершается», блатную: «Живот постели, спиной покройся» (беспризорник ложится спать), «Помойку с подкопом обокрал» (насмешка над хвастливым вором). Классификация П. по социальному их содержанию, характеристика П. феодального крестьянства, пролетарских, барских, кулацких, поповских и т. д. - очередная задача советской фольклористики.</p><p class="tab">Рождение П. и ее жизнь - это тот раздел паремиологии, к-рый особенно и всегда интересовал исследователей. Часто искали истоков П. в различных исторических ситуациях, положивших начало тому или другому пословичному обороту: «Вот тебе, бабушка, и Юрьев день», «Погибоша, яко обри», «Голодный француз и вороне рад». Обширные исторические и бытовые экскурсы находим у Снегирева, у Буслаева, у Максимова. Наряду с отражением методов «исторической школы» находим в русской паремиологии и попытки приложить культивируемый школами «заимствования» и «антропологической» сравнительный метод. Так, работа Тимошенко дает античные первоисточники целого ряда современных русских пословиц: «Человек человеку волк» - латинская «Homo homini lupus est», «Рука руку моет» - латинская П. «Manus manum lavet».</p><p class="tab">Ставится также вопрос о связи П. с другими жанрами литературы и фольклора. Потебня выводит П. из притчи и басни (см.). П. может стать кратко выраженное содержание басни в целом: «Кобыла с волком тягалась, только грива да хвост осталась». Или же на правах П. идет итоговая фраза басни, напр.: «И мы пахали» («Вол и муха»). Эта теория Потебни объясняет действительно многие П., вскрывая их связь с ходячими анекдотами, рассказами, притчами, баснями. Но само собой разумеется, что этот источник не единственный. Удачное слово оратора, остроумная реплика на сцене, слова ходовой песни - все это рождает повторение, запоминается и начинает ходить как П., напр.: «Тяжела ты, шапка Мономаха» (из «Бориса Годунова» Пушкина), «Хорошо-то на бумаге, да забыли про овраги» (перефразировка строк севастопольской песни, приписываемой Л. Н. Толстому). П. нашего времени идет в значительной мере из политического источника, культивируется газетой, часто обновляя и переосмысляя старый литературный и фольклорный материал: «Факты - упрямая вещь», «На ошибках учимся», «Революции в перчатках не делают». Сталин на XVI съезде партии сказал: «Недаром говорят у нас рабочие: пойдешь налево - придешь направо».</p><p class="tab">Художественная природа П. определяет в значительной мере ее прочность, ходкость, запоминаемость. Лаконизм, краткость, удобопроизносимость П. как единого целого в размере единого высказывания - вот что определяет синтаксическую сторону П. Если длинная П. и запоминается, то впоследствии ее начинают произносить, не договаривая до конца. В П. «Повадился кувшин по воду ходить, там ему и голову сломить» вторая часть нередко опускается. Встречаются П. и книжные, но они сразу выдают себя своим синтаксисом. Устная П. предпочитает опускать союзы и соединительные слова: «Тонул - топор сулил, вытащил - топорища жаль». Или же соединительные слова занимают обычное в устной речи, но недопустимое в письменном языке место: «Которая служба нужнее, та и честнее». В П., как и вообще в живой речи, часто нет подлежащего и сказуемого: «Богатому - как хочется, бедному - как можется», «Первый блин, да комом». Охотно пользуется П. инфинитивом: «Волков бояться - в лес не ходить». В роли подлежащего становятся наречия: «Твердо крепку брат», или же глагольные формы: «Подари помер, а остался в живых брат его - купи». П. часто двучленна: «Играй, дудка! пляши, дурень!», «Умный плачет, глупый скачет». П. часто играет на звуках: «Своя рогожа чужой рожи дороже». П. искусно использует собственные имена, обыгрывая их рифмами и созвучиями: «От Решмы до Кинешмы глазами докинешь ли!»</p><p class="tab">Образ, к-рым пользуется П., обычно общеупотребителен, он берется из басни и сказки, из мирового фонда языковой символики. Волк, свинья, пес, ворон, ворона, осел, лиса и т. д. - вот те ходовые метонимии, к-рыми пользуется П. вместе с басней: «Лиса все хвостом прикроет», «Сказал бы словечко, да волк недалечко», «Овца шерсть растит не про себя», «Похожа свинья на быка, да рылом не така». Истоки этой образности лежат еще в животном эпосе, но выразительность этих образов-масок так велика, что, получая иное содержание и новые социальные функции, они отлично служат и в наше время.</p><p class="tab"><b>П. в художественной литературе.</b> - Интерес к П. мы обнаруживаем уже у русских писателей XVIII в. Разнообразные пословицы использует Крылов; Пушкин вносит П. в «Капитанскую дочку»; Островский берет П. в качестве заголовков или постоянного сопровождения речи своих персонажей; у Толстого и Достоевского П. - это целая историко-литературная проблема. Часто П. творится писателем в духе живой речи: так, Горький (мастер афоризма) широко использует ходовую П. и творит ее зачастую сам. В статье «О том, как я учился писать» Горький говорит: «Вообще пословицы и поговорки образцово формулируют весь жизненный социально-исторический опыт трудового народа, и писателю совершенно необходимо знакомиться с материалом, который научит его сжимать слова, как пальцы в кулак, и развертывать слова, крепко сжатые другими, развертывать их так, чтобы было обнажено спрятанное в них враждебное задачам эпохи, мертвое. Я очень много учился на пословицах, - иначе: на мышлении афоризмами». На П. растили себя многие писатели: тот же Пушкин, Кольцов, к-рый сам записывал пословицы (сохранилась его записная книжка с пословицами), Островский. От Достоевского до нас дошла запись П., слышанных им на каторге, от Толстого - записная книжка 70-х гг., в к-рую он заносил свои записи народных оборотов и П. Сборник пословиц Иллюстрова был настольной книгой Толстого. В записных книжках советских писателей мы имеем также не малое количество П. Следует однако заметить, что языковая форма П. (крестьянской по преимуществу) созвучна далеко не каждому литературному направлению и писателю: романтики и символисты П. не пользовались. И обратно, именно в недрах «натуральной» школы началось и усиленное собирание и использование П. - Даль, Некрасов, Островский и др. Каждый писатель втягивает в сферу своего внимания определенные тематические и идеологические комплексы П. В сб. П., составленном Л. Н. Толстым для «Посредника», средствами П. сформулирована вся толстовская философия, непротивленчество, религиозность (см. также речи Платона Каратаева в «Войне и мире») и т. д. Достоевский подбирал специфические П. для своих героев из городской мелкой буржуазии; герои Горького блестяще обосновывают и подытоживают жизненный опыт П.: таков напр. образ деда в повести «Детство» или близкий ему по своему содержанию образ купца Маякина из повести «Фома Гордеев». В языке обоих персонажей (особенно Маякина) чрезвычайно часто фигурируют П., отражающие идеологию дореволюционного кулачества. Наоборот, в языке Рыбина (из повести «Мать») содержится немало таких пословиц, в которых художественно закреплена идеология наиболее революционных прослоек тогдашнего крестьянства.</p><p class="tab"></p><p class="tab"><span><b>Библиография:</b></span></p><p class="tab"><b> I.</b> Собрания П.: Симони П., Старинные сборники русских пословиц, поговорок, загадок и пр. XVII-XIX ст., вып. II; СПБ, 1899; Снегирев И., Русские народные пословицы и притчи, М., 1848; Его же, Новый сборник русских пословиц и поговорок, изд. в 1848, М., 1857; Буслаев Ф., Русские пословицы и поговорки. Архив историко-юридических сведений, изд. Н. Калачевым, т. II, вып. II, М., 1855; Даль В., Пословицы русского народа, Сб. пословиц, поговорок, речений, присловий, чистоговорок, прибауток, загадок, поверий, М., 1862 (изд. 2, СПБ, 1879, 2 тт.); Дикарев М. А., Пословицы, поговорки, приметки и поверья Воронежской губ., Воронежский этнографический сборник, Воронеж, 1891; Носович И. И., Сборник белорусских пословиц, СПБ, 1874; Ермолов А. С., Народная с.-хоз. мудрость в пословицах, поговорках и приметах, т. I-IV, СПБ, 1901-1905; Ляцкий Е. А., Материалы для изучения творчества и быта белоруссов, I. Пословицы, поговорки, загадки, (М., 1898); Маркович О. В. и др., Украiнськi приказки, прислiв’я и таке инше. Спорудив М. Номис (М. Т. Симонов), СПБ, 1864; Закревский Н., Старосветский бандурист, кн. II. Малороссийские пословицы, поговорки и загадки и Галицкие приповедки, М., 1860; Массон М., Мудрость народная в пословицах у немцев, русских, французов и др. одноплеменных им народов, СПБ, 1868; Казарин Г., Сборник французских пословиц и поговорок (с переводами и словарем), вып. I и II, 1915; Иллюстров И. И., Жизнь русского народа в его пословицах и поговорках, изд. 3, М., 1915; Князев В., Русь, Сб. избранных пословиц и поговорок, Л., 1924; Его же, Книга пословиц, Л., 1930; Шейдеман Б., Москва в пословицах и поговорках, М., 1929; Шахнович М., Пословицы и поговорки о попах и религии, М.-Л., 1933; Трейланд Ф. Я., Латышские народные пословицы, «Известия Имп. об-ва любителей естествознания, антропологии, этнографии», т. X, М., 1881; Кулаковский А. Е., Якутские пословицы и поговорки, Сб. трудов исследов. об-ва «Саха Кескиле», Якутск, 1925; Gaal G., v., Spruchworterbuch in sechs Sprachen, Wien, 1830; Leutsch E. L. et Schneidewin F. u. W. (Ed.), Corpus paroemiographorum-graecorum, 2 vv., Gottingen, 1839-1851; Le Roux de Lincy A. J. V., Le livre des proverbes francais, 2 vv., P., 1842; 2 ed., 1859; Zacher J., Die deutsche Sprichwortersammlungen, Lpz., 1852; Celakovsky Fr. L., Mudroslovi narodu slovanskeho ve prislovich, Praha, 1852, 2 ed., 1891-1893; Cahier Ch., Quelques six mille proverbes..., P., 1856; Wander K. F. W., Deutsches Sprichworterlexikon, 5 Bde, Lpz., 1863-1880; Otto A., Die Sprichworter und sprichworterlichen Redensarten der Romer, Lpz., 1890; Mair J. A., A Handbook of proverbs, L., 1873, 2 ed., 1874; Krumbacher C., Mittelgriechische Sprichworter, Munchen, 1893, II. Изучение пословиц: Снегирев И., Русские в своих пословицах, чч. 1-4, М., 1831-1834; Тимошенко И. Е., Литературные первоисточники и прототипы трехсот русских пословиц и поговорок, Киев, 1897; Потебня А. А., Из лекций по теории словесности. Басня, пословица, поговорка, Харьков, 1894; То же, изд. 3, Харьков, 1930; Перетц В. Н., Из истории пословицы. Историко-литературные заметки и материалы, с прилож. сб. польских пословиц по рукописи 1726 г., СПБ, 1898; Глаголевский П., Синтаксис языка русских пословиц, СПБ, 1874 (оттиск из «ЖМНП», ч. 156); Ляцкий Е. А., Несколько замечаний к вопросу о пословицах и поговорках, «Изв. отд. русск. яз. и слов. Академии наук», 1897, том II, книга III; Вознесенский И. И., О складе или ритме и метре кратких изречений русского народа: пословиц, поговорок, загадок, присказок и др., Кострома, 1908; Кузнецов Я., Характеристика общественных классов по народным пословицам и поговоркам, «Живая старина», вып. III, 1903; Широкова О., Жизнь пословицы, «Русский язык в советской школе», 1931, № 6-7; Перебийнос М. и Ф., К вопросу о горских пословицах, «Просвещение национальностей», 1934, № 4; Mery C., de, Histoire generale des proverbes, 3 vv., Paris, 1828-1829.</p><p class="tab"><b>II.</b> По русской П. см.: Снегирев И. М., Русские в своих пословицах, т. I, М., 1831; Иллюстров И. И., Жизнь русского народа в его пословицах и поговорках, изд. 3, М., 1915; Bonser W., Stephens T. A., Proverb literature, A bibliography of works relating to proverbs, L., 1930.</p>... смотреть

ПОСЛОВИЦА

[лат. — proverbium, adagium, франц. — proverbe, немецк. — Sprichwort, англ. — proverb. От греческого названия П. — paroimia — идет научная терминология: паремиология — отрасль литературоведения, занимающаяся историей и теорией П., паремиография — запись П., собирание и издание их]— словесная формула, не связанная с каким-либо  литературным или фольклорным произведением и вошедшая во фразеологию массовой речи, утверждение, вывод, совет, наказ — в форме ходячего афоризма. «Пословица к слову молвится». От П. отличаются гномы, сентенции, апофегмы, изречения (см.) книжного происхождения. От П. нужно также отличать поговорку, которая приближается к идиоме, к ходовому обороту речи и не имеет резко выраженного учительного, дидактического характера. «Поговорка, — говорит Даль, — окольное выражение, переносная речь, простое иносказание, обиняк, способ выражения, но без притчи, без осуждения, заключения, применения: это одна первая половина пословицы». Вместо: «он глуп» она (поговорка) говорит: «У него не все дома, одной клепки нет, он на цвету прибит, трех не перечтет». В живой речи П. можно низвести до поговорки, равно как и поговорка может развиться в П.: «Сваливать с больной головы на здоровую» — поговорка; «Сваливать с больной головы на здоровую не накладно» — П. (пример Даля). Так. обр. П. есть поэтически оформленный афоризм, поговорка — речение, речевой оборот, ходовое выражение. Паремиография ведет свое начало от глубокой древности. Еще Аристотелю приписывали первые записи П. Записями П. занимались греческие, александрийские и римские ученые. В 1500 Эразм Роттердамский издает свод античных пословиц «Adagia»; позднейшие ученые продолжают дело собирания и изучения античных П. Восточные культуры дали богатые образчики древнееврейских, индийских, арабских и других П., часто получавших лит-ую обработку (Библия, Панчатантра, Коран). В позднейшие века составляются сборники в пределах национальных и шире. Особенное внимание начинает уделяться П. европейских народов по мере роста интереса к «народной словесности» и выделения фольклористики в особую дисциплину (см. «Фольклор»). Что же касается паремиографии восточных народов, то она носит по большей части вспомогательный характер для работ по этнографии и языку. В дальнейшем мы останавливаемся в основном на изучении русской П. О старинных записях русской пословицы см. работу Симони, в которой дано описание и воспроизведение двух рукописных сборников русских П. конца XVII — нач. XVIII вв.: «Повести или пословицы всенароднейшие по алфавиту» и «Рукописный сборник пословиц и присказок Петровского времени». Русская лит-ра XVIII в., будучи по преимуществу просветительной и дидактической, весьма тяготела к П. — П. приводилась в учебных книгах, вводилась в журналы, в театральные пьесы (см. «Письмовник» Курганова, «Были и небылицы» Екатерины II, журнал Новикова «Детское чтение для ума и сердца»). Использована П. и в «Словаре Академии Российской» [1789—1794, для которого их собирал поэт Богданович. Первое научное собрание русских П. принадлежит Снегиреву, продолжателями его явились Буслаев и Даль. Труд Даля «Пословицы  русского народа» [1862]и работа Иллюстрова «Жизнь русского народа в его пословицах и поговорках» [1910]являются для дореволюционной России наиболее богатыми собраниями русских П. Кроме сводов пословиц существует ряд произведений очеркового характера, вводивший П. по тематическому принципу. Начало таким очеркам положил Даль; в конце XIX, в начале XX вв. подобные работы дали Коринфский, С. Максимов, А. С. Ермолов. Послеоктябрьские издания П. посвящены преимущественно П. других народов нашего Союза; по русской П. за истекшее время не вышло крупных работ ни собирательского ни исследовательского характера. Идейная направленность П., ее соц. значимость ощущаются очень остро. Однако в трудах буржуазных ученых мы находим большую неясность в этом вопросе. Снегирев, Даль говорят о противоречиях в П. как о чем-то случайном, принимая общее содержание пословичного свода как некую единую народную мудрость. Марксистское литературоведение опрокидывает это понимание и выдвигает другой, реальный критерий: поскольку классовое общество дает диференциацию этических норм, постольку враждебны между собой выражаемые П. установки трудящихся, с одной стороны, и класса-эксплоататора — с другой. Времена националистического отношения к П. отходят в прошлое: П. интернациональна и классова по содержанию, хотя и национальна по форме. П. — «Сытый голодного не разумеет» (русск. П.), «Через поместье богача проходит река, через поместье бедняка — дорога» (туркмен. П.), «У конного отбирает плетку, у пешего — посох» (казакская П. о богачах) — ясно выражают классовые противоречия, взаимоотношения эксплоатирующих и эксплоатируемых, бар и крестьян. Однако нужно заметить, что не всегда классовое происхождение П. обнаруживается ясно: П. остается иногда в кругу тех общих установок, которые могут быть достоянием различных классовых групп в аналогичных жизненных положениях: «Знает кошка, чье мясо съела», «Цыплят по осени считают». Функция П. в данном случае определяется совокупностью речи и ситуации. «Коготок увяз — всей птичке пропасть» — эту П. используют и Толстой и Ленин. П. оформляет некоторую общую категорию, к-рая может быть использована различными социальными группами для себя. Такая П. — лишь составная часть высказывания, и по этой причине она может быть многозначна. Однако существует немало и таких П., классовая природа к-рых ясна безотносительно, тем более что словарь и синтаксис, стилевая форма П. часто говорят сами за себя. Мы узнаем и по содержанию и по форме П. купеческую: «Для нас это плевое дело, а ваши детки скушают», поповскую: «Сила господня в немощах совершается», блатную: «Живот постели, спиной покройся» (беспризорник ложится спать), «Помойку с подкопом обокрал» (насмешка над хвастливым вором). Классификация П. по социальному их содержанию, характеристика П. феодального крестьянства, пролетарских, барских, кулацких, поповских и т. д. — очередная задача советской фольклористики.  Рождение П. и ее жизнь — это тот раздел паремиологии, к-рый особенно и всегда интересовал исследователей. Часто искали истоков П. в различных исторических ситуациях, положивших начало тому или другому пословичному обороту: «Вот тебе, бабушка, и Юрьев день», «Погибоша, яко обри», «Голодный француз и вороне рад». Обширные исторические и бытовые экскурсы находим у Снегирева, у Буслаева, у Максимова. Наряду с отражением методов «исторической школы» находим в русской паремиологии и попытки приложить культивируемый школами «заимствования» и «антропологической» сравнительный метод. Так, работа Тимошенко дает античные первоисточники целого ряда современных русских пословиц: «Человек человеку волк» — латинская «Homo homini lupus est», «Рука руку моет» — латинская П. «Manus manum lavet». Ставится также вопрос о связи П. с другими жанрами лит-ры и фольклора. Потебня выводит П. из притчи и басни (см.). П. может стать кратко выраженное содержание басни в целом: «Кобыла с волком тягалась, только грива да хвост осталась». Или же на правах П. идет итоговая фраза басни, напр.: «И мы пахали» («Вол и муха»). Эта теория Потебни объясняет действительно многие П., вскрывая их связь с ходячими анекдотами, рассказами, притчами, баснями. Но само собой разумеется, что этот источник не единственный. Удачное слово оратора, остроумная реплика на сцене, слова ходовой песни — все это рождает повторение, запоминается и начинает ходить как П., напр.: «Тяжела ты, шапка Мономаха» (из «Бориса Годунова» Пушкина), «Хорошо-то на бумаге, да забыли про овраги» (перефразировка строк севастопольской песни, приписываемой Л. Н. Толстому). П. нашего времени идет в значительной мере из политического источника, культивируется газетой, часто обновляя и переосмысляя старый лит-ый и фольклорный материал: «Факты — упрямая вещь», «На ошибках учимся», «Революции в перчатках не делают». Сталин на XVI съезде партии сказал: «Недаром говорят у нас рабочие: пойдешь налево — придешь направо». Художественная природа П. определяет в значительной мере ее прочность, ходкость, запоминаемость. Лаконизм, краткость, удобопроизносимость П. как единого целого в размере единого высказывания — вот что определяет синтаксическую сторону П. Если длинная П. и запоминается, то впоследствии ее начинают произносить, не договаривая до конца. В П. «Повадился кувшин по воду ходить, там ему и голову сломить» вторая часть нередко опускается. Встречаются П. и книжные, но они сразу выдают себя своим синтаксисом. Устная П. предпочитает опускать союзы и соединительные слова: «Тонул — топор сулил, вытащил — топорища жаль». Или же соединительные слова занимают обычное в устной речи, но недопустимое в письменном языке место: «Которая служба нужнее, та и честнее». В П., как и вообще в живой речи, часто нет подлежащего и сказуемого: «Богатому — как хочется, бедному — как можется», «Первый  блин, да комом». Охотно пользуется П. инфинитивом: «Волков бояться — в лес не ходить». В роли подлежащего становятся наречия: «Твердо крепку брат», или же глагольные формы: «Подари помер, а остался в живых брат его — купи». П. часто двучленна: «Играй, дудка! пляши, дурень!», «Умный плачет, глупый скачет». П. часто играет на звуках: «Своя рогожа чужой рожи дороже». П. искусно использует собственные имена, обыгрывая их рифмами и созвучиями: «От Решмы до Кинешмы глазами докинешь ли!» Образ, к-рым пользуется П., обычно общеупотребителен, он берется из басни и сказки, из мирового фонда языковой символики. Волк, свинья, пес, ворон, ворона, осел, лиса и т. д. — вот те ходовые метонимии, к-рыми пользуется П. вместе с басней: «Лиса все хвостом прикроет», «Сказал бы словечко, да волк недалечко», «Овца шерсть растит не про себя», «Похожа свинья на быка, да рылом не така». Истоки этой образности лежат еще в животном эпосе, но выразительность этих образов-масок так велика, что, получая иное содержание и новые социальные функции, они отлично служат и в наше время. П. в художественной лит-ре. — Интерес к П. мы обнаруживаем уже у русских писателей XVIII в. Разнообразные пословицы использует Крылов; Пушкин вносит П. в «Капитанскую дочку»; Островский берет П. в качестве заголовков или постоянного сопровождения речи своих персонажей; у Толстого и Достоевского П. — это целая историко-литературная проблема. Часто П. творится писателем в духе живой речи: так, Горький (мастер афоризма) широко использует ходовую П. и творит ее зачастую сам. В статье «О том, как я учился писать» Горький говорит: «Вообще пословицы и поговорки образцово формулируют весь жизненный социально-исторический опыт трудового народа, и писателю совершенно необходимо знакомиться с материалом, который научит его сжимать слова, как пальцы в кулак, и развертывать слова, крепко сжатые другими, развертывать их так, чтобы было обнажено спрятанное в них враждебное задачам эпохи, мертвое. Я очень много учился на пословицах, — иначе: на мышлении афоризмами». На П. растили себя многие писатели: тот же Пушкин, Кольцов, к-рый сам записывал пословицы (сохранилась его записная книжка с пословицами), Островский. От Достоевского до нас дошла запись П., слышанных им на каторге, от Толстого — записная книжка 70-х гг., в к-рую он заносил свои записи народных оборотов и П. Сборник пословиц Иллюстрова был настольной книгой Толстого. В записных книжках советских писателей мы имеем также не малое количество П. Следует однако заметить, что языковая форма П. (крестьянской по преимуществу) созвучна далеко не каждому лит-ому направлению и писателю: романтики и символисты П. не пользовались. И обратно, именно в недрах «натуральной» школы началось и усиленное собирание и использование П. — Даль, Некрасов, Островский и др. Каждый писатель втягивает в сферу своего внимания определенные тематические и идеологические комплексы  П. В сб. П., составленном Л. Н. Толстым для «Посредника», средствами П. сформулирована вся толстовская философия, непротивленчество, религиозность (см. также речи Платона Каратаева в «Войне и мире») и т. д. Достоевский подбирал специфические П. для своих героев из городской мелкой буржуазии; герои Горького блестяще обосновывают и подытоживают жизненный опыт П.: таков напр. образ деда в повести «Детство» или близкий ему по своему содержанию образ купца Маякина из повести «Фома Гордеев». В языке обоих персонажей (особенно Маякина) чрезвычайно часто фигурируют П., отражающие идеологию дореволюционного кулачества. Наоборот, в языке Рыбина (из повести «Мать») содержится немало таких пословиц, в которых художественно закреплена идеология наиболее революционных прослоек тогдашнего крестьянства. Библиография: Собрания П.: Симони П., Старинные сборники русских пословиц, поговорок, загадок и пр. XVII—XIX ст., вып. II; СПБ, 1899; Снегирев И., Русские народные пословицы и притчи, М., 1848; Его же, Новый сборник русских пословиц и поговорок, изд. в 1848, М., 1857; Буслаев Ф., Русские пословицы и поговорки. Архив историко-юридических сведений, изд. Н. Калачевым, т. II, вып. II, М., 1855; Даль В., Пословицы русского народа, Сб. пословиц, поговорок, речений, присловий, чистоговорок, прибауток, загадок, поверий, М., 1862 (изд. 2, СПБ, 1879, 2 тт.); Дикарев М. А., Пословицы, поговорки, приметки и поверья Воронежской губ., Воронежский этнографический сборник, Воронеж, 1891; Носович И. И., Сборник белорусских пословиц, СПБ, 1874; Ермолов А. С., Народная с.-хоз. мудрость в пословицах, поговорках и приметах, т. I—IV, СПБ, 1901—1905; Ляцкий Е. А., Материалы для изучения творчества и быта белоруссов, I. Пословицы, поговорки, загадки, [М., 1898; Маркович О. В. и др., Українські приказки, прислів’я и таке инше. Спорудив М. Номис (М. Т. Симонов), СПБ, 1864; Закревский Н., Старосветский бандурист, кн. II. Малороссийские пословицы, поговорки и загадки и Галицкие приповедки, М., 1860; Массон М., Мудрость народная в пословицах у немцев, русских, французов и др. одноплеменных им народов, СПБ, 1868; Казарин Г., Сборник французских пословиц и поговорок (с переводами и словарем), вып. I и II, 1915; Иллюстров И. И., Жизнь русского народа в его пословицах и поговорках, изд. 3, М., 1915; Князев В., Русь, Сб. избранных пословиц и поговорок, Л., 1924; Его же, Книга пословиц, Л., 1930; Шейдеман Б., Москва в пословицах и поговорках, М., 1929; Шахнович М., Пословицы и поговорки о попах и религии, М.—Л., 1933; Трейланд Ф. Я., Латышские народные пословицы, «Известия Имп. об-ва любителей естествознания, антропологии, этнографии», т. X, М., 1881; Кулаковский А. Е., Якутские пословицы и поговорки, Сб. трудов исследов. об-ва «Саха Кескиле», Якутск, 1925; Gaal G., v., Spruchworterbuch in sechs Sprachen, Wien, 1830; Leutsch E. L. et Schneidewin F. u. W. (Ed.), Corpus paroemiographorum-graecorum, 2 vv., Gottingen, 1839—1851; Le Roux de Lincy A. J. V., Le livre des proverbes francais, 2 vv., P., 1842; 2 ed., 1859; Zacher J., Die deutsche Sprichwortersammlungen, Lpz., 1852; Celakovsky Fr. L., Mudroslovi ncrodu slovanskeho ve prislovich, Praha, 1852, 2 ed., 1891—1893; Cahier Ch., Quelques six mille proverbes..., P., 1856; Wander K. F. W., Deutsches Sprichworterlexikon, 5 Bde, Lpz., 1863—1880; Otto A., Die Sprichworter und sprichworterlichen Redensarten der Romer, Lpz., 1890; Mair J. A., A Handbook of proverbs, L., 1873, 2 ed., 1874; Krumbacher C., Mittelgriechische Sprichworter, Munchen, 1893, II. Изучение пословиц: Снегирев И., Русские в своих пословицах, чч. 1—4, М., 1831—1834; Тимошенко И. Е., Литературные первоисточники и прототипы трехсот русских пословиц и поговорок, Киев, 1897; Потебня А. А., Из лекций по теории словесности. Басня, пословица, поговорка, Харьков, 1894; То же, изд. 3, Харьков, 1930; Перетц В. Н., Из истории пословицы. Историко-литературные заметки и материалы, с прилож. сб. польских пословиц по рукописи 1726 г., СПБ, 1898; Глаголевский П., Синтаксис языка русских пословиц,  СПБ, 1874 (оттиск из «ЖМНП», ч. 156); Ляцкий Е. А., Несколько замечаний к вопросу о пословицах и поговорках, «Изв. отд. русск. яз. и слов. Академии наук», 1897, том II, книга III; Вознесенский И. И., О складе или ритме и метре кратких изречений русского народа: пословиц, поговорок, загадок, присказок и др., Кострома, 1908; Кузнецов Я., Характеристика общественных классов по народным пословицам и поговоркам, «Живая старина», вып. III, 1903; Широкова О., Жизнь пословицы, «Русский язык в советской школе», 1931, № 6—7; Перебийнос М. и Ф., К вопросу о горских пословицах, «Просвещение национальностей», 1934, № 4; Mery C., de, Histoire generale des proverbes, 3 vv., Paris, 1828—1829. III. По русской П. см.: Снегирев И. М., Русские в своих пословицах, т. I, М., 1831; Иллюстров И. И., Жизнь русского народа в его пословицах и поговорках, изд. 3, М., 1915; Bonser W., Stephens T. A., Proverb literature, A bibliography of works relating to proverbs, L., 1930. M. Рыбникова... смотреть

ПОСЛОВИЦА

краткое, устойчивое в речевом обиходе, ритмически и грамматически организованное изречение назидательного характера, в котором зафиксирован практически... смотреть

ПОСЛОВИЦА

краткое, устойчивое в речевом обиходе, ритмически и грамматически организованное изречение назидательного характера, в котором зафиксирован практический опыт народа и его оценка определенных жизненных явлений. П. выступает в речи, в отличие от поговорки, как самостоятельное суждение. Чаще всего П. имеет двоякий смысл: прямой и переносный. В.И. Даль отмечал, что «П. — коротенькая притча; сама же она говорит, что «голая речь не пословица». Это — суждение, приговор, поучение, высказанное обиняком и пущенное в оборот, под чеканом народности. Пословица — обиняк, с приложением к делу, понятый и принятый всеми. Но «одна речь не пословица»: как всякая притча, полная пословица состоит из двух частей: из обиняка, картины, общего суждения и из приложения, толкования, поучения; нередко, однако же, вторая часть опускается, предоставляется сметливости слушателя, и тогда пословицу почти не отличишь от поговорки». Говорится: «Всякая рыба хороша, коли на уду пошла», а настоящий смысл изречения выходит за пределы конкретного суждения об ужении рыбы. П. толкуется как высказывание об удаче и везении, при котором радостное ее переживание уже не делает разбора в приобретениях. Возможны и другие толкования». Основой широкого употребления П. в речи является их многофункциональность: содержащиеся в них образы могут быть применены по аналогии для характеристики большого количества ситуаций самых различных сторон жизни (например, выражения Куй железо, пока горячо; Рыбак рыбака видит издалека). П. образовались из трех источников: 1) изречения, которые сочинены как общие суждения, выводы из непосредственных наблюдений за жизнью, трудом и бытом народа; 2) изречения, выделившиеся из фольклорных произведений; 3) изречения, образовавшиеся из литературных произведений, но прошедшие процесс фольклоризации. Как отмечал К.Д. Ушинский, в П. «отразились все стороны жизни народа: домашняя, семейная, полевая, лесная, общественная; его потребности, привычки, его взгляды на природу, на людей, на значения всех явлений жизни». Труд крестьянина способствовал возникновению бесчисленного множества П., выросших на основе опыта и практики земледельца: Каково посеешь, таково и пожнешь; Старый конь борозды не испортит и т. д. Труд ремесленника был также источником появления многих П. Плотники говорили: Клин мастеру опора; столяры: Не клей держит, а фуганок; кузнецы: Не кует железо молот, кует кузнеца голод; портные: Крой да песни пой, шить станешь — наплачешься и т.д. Многие П. возникли из сказок и песен: Кобыла с волком тягалась, только хвост да грива осталась и т. д. Многие П. основаны на реальных исторических событиях и ситуациях (Вот тебе, бабушка, и Юрьев день); образность П. часто связана со специфическими русскими реалиями (Не красна изба углами, а красна пирогами). В.И. Даль писал, что «П. большей частью является в мерном или складном виде». Склад и мера П. достигаются композиционным строением, ритмическими схемами, звуковыми повторениями, богатством образности с применением различных тропов и фигур и зачастую своеобразной лексикой. Основой поэтики П. является то, что она чаще всего двучленна. Многие П. утратили двучленное построение, которое когда-то им было присуще, например: Исправит горбатого могила (а упрямого дубина). П. распадается на две части: в первой — как бы условие, во второй — вывод; старые П. используют все виды параллелизма. Основным типом П. являются сравнительные: Красна птица перьем, а человек ученьем. Другим очень распространенным типом П. являются антитетические: Богатый и в будни пирует, а бедный и в праздник горюет. В речи часто отбрасывается половина П. Некоторые П. имеют иронические добавления. Старая П. Все может случиться: и богатый к бедному постучится имела добавление: либо долг попросит, либо молотить зовет. В П. используются самые разнообразные средства художественной образности: метафора: Он себе залил за шкуру сала; Его голыми руками не возьмешь; аллегория: Хорошо пахать на печи, да заворачивать круто; гипербола: У него каждая копейка алтынным гвоздем прибита; метонимия: Сытое брюхо к ученью глухо; синекдоха: Семеро топоров вместе лежат, а две прялки врозь; ирония: Исполошила зима сватью в летнем платье; Жаль девки — а потеряли (сгубили) парня; олицетворение: Авоська веревку вьет. Небоська петлю закидывает. Ритмическое строение П. исключительно многообразно. В П. встречается хорей: Много хочешь знать, мало будешь спать; ямб: Плотины пальцем не заткнешь; анапест: И обед не в обед, когда хозяйки нет; пентаметр: Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Излюбленным приемом П. наряду с конечными, начальными и внутренними рифмами являются звуковые повторы и ассонансы. П. необычайно богаты рифмами: У Фили были, у Фили жили, да Филю же и побили; Ровно шла, да еров зашла; Брат — брат, а денег не брать и т. д. Выразительный язык русских П. богат красочными, осязательными образами. Например, П. так характеризуют девушку: Грудь лебединая, походка павиная, очи сокольи, брови собольи. Художественная меткость, четкость и сжатость П., вкрапленных в речь, придают ей афористичность, сочность и свежесть. Вот почему К. Ушинский поместил в своем «Родном слове» много П. и поговорок, чтобы «развить в детях чутье к звуковым красотам родного языка». К. Ушинский писал, что П. «по форме — это животрепещущее проявление родного слова, вылетевшее прямо из живого глубокого источника — вечно юной, вечно развивающейся души народа», а по содержанию они важны тем, что в них «отразилась русская народная жизнь со всеми своими живописными особенностями». Еще в глубокой древности начался процесс собирания сокровищ народной мудрости. Первые записи П. принадлежат Аристотелю. Известно, что в 1500 г. Эразм Роттердамский составил сборник античных изречений и П. С конца XVII в. начинают издаваться сборники П. и поговорок в России. Начало научному изучению этого пласта народного творчества положил М.В. Ломоносов. Исключительная роль в собирании народных изречений принадлежит В.И.Далю, записавшему среди крестьян, ремесленников, солдат 25 тыс. П. и поговорок. Этот подвижнический труд был опубликован в 1861—1862 гг., но это собрание не вместило всего записанного В.И. Далем. В знаменитый «Толковый словарь живого великорусского языка» вошло еще много тысяч П. и поговорок, не попавших в сборник. Не следует думать, что сегодня нам известны все бытующие в народной среде меткие изречения. Новое время породило и новые П., появляются они и сегодня. Народное слово оказало огромное влияние на русскую литературу. Трудно назвать писателя, в язык которого не вошли бы органично заимствования из народной речи. Нерешенным в языкознании остается вопрос о включении П. во фразеологическую систему русского языка, проблема признания П. единицами языка или речи. По мнению многих ученых, к системе языка могут быть отнесены только общеизвестные П., которые воспроизводятся носителями языка в готовом виде. Окончательно не решен также вопрос о знаковой природе П. Лит.: см. лит. к статье Поговорка. Л.Е. Тумина 163... смотреть

ПОСЛОВИЦА

— краткое, устойчивое в речевом обиходе, как правило ритмически организованное изречение назидательного характера, в к-ром зафиксирован многовековой опыт народа; имеет форму законченного предложения (простого или сложного). П. выражает суждение [исключение составляют П., имеющие побудительный смысл (ср. «Готовь санн летом, а телегу зимой»), к-рые, строго говоря, суждениями не являются]. П. обладает буквальным и переносным смыслом («Близок локоть, да не укусишь») или только переносным («Горбатого могнла исправит») и легко противопоставляется свободному предложению такого же лексич. состава. П., как и поговоркам, свойственна вариативность («Знает / чует кошка, чье мясо съела»), они вступают в синонимич. отношения («На безрыбье и рак рыба» / «В поле и жук мясо» / «В темноте и гнилушка светит» / «На безлюдье и Фома дворянин» и т. п.), объединяются в тема-тич, ряды по принципу смысловой общности (напр., вокруг смыслового гнезда «внешность и сущность» группируются П.: «Видна птица по полету», «Видом орел, а умом тетерев», «Не всяк казак, что шапка набекрень», «Не за то волка бьют, что сер, а за то, что овцу съел» и др.). П. не способны, как правило, порождать полисемию. Вопрос о включении П. во фраэеологич. систему остается нерешенным. Сборники: Иллюстров И. И.. Жизнь рус. народа в его пословицах и пого- ворках. Сб. рус. пословиц п поговорок, 3 изд., М., 1915; Снегирев И. М., Рус. нар. пословицын притчи, М.. 1948; Д а л ь в. И., Пословицы рус. народа, М., 1957; Рыбникова М. А., Рус. пословицы и поговорки, М.. 1961; Ж у к о в В. П., Словарь рус. пословиц и поговорок, М., 1966 (лит.); Стынула Р., Словарь пословиц н поговорок рус-польский и польско-русский, Варшава, 1974 (лит.); ФелицынаВ. П., Прохоров Ю. Е., Рус. пословицы, поговорки и крылатые выражения. Лингво-страноведч. словарь, М., 1980 (лит.). О Потебня А. А., Из лекции по теории словесности. Басня, пословица, поговорка, 3 изд., Хар., 1930; А н и к и н В. П., Рус. нар. пословицы, поговорки, загадки н детский фольклор, М., 1957 (лит.); Пермяков Г. Л., От поговорки до сказки. М., 1970; Паремнологич. сб., М., 1978: Паремиологнч. исследования, М., 1984; Taylor A., The proverb, Hatbora (Penn.) — Cph., 1962; его же, Selected writings on proverbs, Hels., 1975.... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛО´ВИЦА — афористическое народное изречение, обычно двухчастной формы, этим и отличается П. от одночастной поговорки. П. выражает собой народную му... смотреть

ПОСЛОВИЦА

   краткое законченное суждение, выражающее в образной форме нар. представления о к.-л. предмете или явлении окружающего мира. П. возникает вместе с яз... смотреть

ПОСЛОВИЦА

фольклорный жанр, афористически сжатое, образное, ритмически организованное изречение с поучительным смыслом. Рубрика: роды и жанры литературы Антоним/... смотреть

ПОСЛОВИЦА

- краткое образное выражение с назидат. смыслом. П. имеет одновременно буквальный и перен. (образный) план или только перен. В П. В гостях хорошо, а дома лучше два плана - букв. и перен. В П. Горбатого могила исправит - только образный. П. характеризуется особым ритмико-интонац. и фонетич. оформлением. П. может выполнять самые разные функции: подтверждать какой-либо жизненный факт (именно так бывает), давать оценку (это хорошо, а то плохо), рекомендовать, как поступать в том или ином случае (действуй так, а не иначе) и т. д. Возникновение многих П. связано с реальными ист. событиями (Вот тебе, бабушка, и Юрьев день; Москва от копеечной свечки сгорела). Образность П. часто связана с реалиями быта, повседневной жизни (Лестницу надо мести сверху, а не снизу; Клин клином вышибают). П., имеющая характер совета, рекомендации, выступает в форме побудит. предложения (Любишь кататься - люби и саночки возить; На Бога надейся, а сам не плошай). П. со временем, утратив часть своего словесного выражения, может стать фразеологизмом. <p class="tab">Лит.: Снегирев И. М. Русские в своих пословицах: В 4 кн. М., 1831-34; Даль В. И. Напутное// Даль В. И. Пословицы рус. народа. М., 1862; Тимошенко И. Е. Лит. первоисточники и прототипы 300 рус. пословиц и поговорок. Киев, 1897; Аникин В. П. Рус. нар. пословицы, поговорки, загадки и детский фольклор. М., 1957; Кондратьева Т. Н. Собств. имена в пословицах, поговорках и загадках рус. народа // Вопр. грамматики и лексикологии рус. языка. Казань, 1964.</p>... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛОВИЦА (греч. paroima, лат. adagium) — один из древних дидактических жанров фольклора, а именно краткое и легко запоминающееся изречение: а) бытующее в народном языке, б) выражающее житейскую мудрость (моральные или технические предписания, ценностное знание о мире), в) как правило, имеющее иносказательную форму. Напр., На чужой каравай рот не разевай; Своя рубашка к телу ближе. Син. паремия.<br><br>П. широко применяется в целях изучения и диагностики мышления (напр., в патопсихологии, специальной психологии, нейропсихологии). Объяснение психодиагностической ценности П. дала Б. В. Зейгарник: «П. являются таким жанром фольклора, в котором обобщение... передается через обозначение к.-л. отдельного частного факта конкретной ситуации. Истинный смысл П. только тогда становится понятным, когда человек отвлекается от тех конкретных фактов, о которых говорится в П., когда конкретные единичные явления приобретают характер обобщения. Только при этом условии осуществляется перенос содержания П. на др. ситуации. Такой перенос сходен по своим механизмам с переносом способа решения одной задачи на др.». (Б. М.)<br><br><br>... смотреть

ПОСЛОВИЦА

(греч. paroima, лат. adagium) — один из древних дидактических жанров фольклора, а именно краткое и легко запоминающееся изречение: а) бытующее в народном языке, б) выражающее житейскую мудрость (моральные или технические предписания, ценностное знание о мире), в) как правило, имеющее иносказательную форму. Напр., На чужой каравай рот не разевай; Своя рубашка к телу ближе. Син. паремия. П. широко применяется в целях изучения и диагностики мышления (напр., в патопсихологии, специальной психологии, нейропсихологии). Объяснение психодиагностической ценности П. дала Б. В. Зейгарник: «П. являются таким жанром фольклора, в котором обобщение... передается через обозначение к.-л. отдельного частного факта конкретной ситуации. Истинный смысл П. только тогда становится понятным, когда человек отвлекается от тех конкретных фактов, о которых говорится в П., когда конкретные единичные явления приобретают характер обобщения. Только при этом условии осуществляется перенос содержания П. на др. ситуации. Такой перенос сходен по своим механизмам с переносом способа решения одной задачи на др.». (Б. М.)... смотреть

ПОСЛОВИЦА

I. Слову "П.", так же как и слову см. Изречение, соответствует евр. машал (букв. "уподобление"). Краткие изречения, содержащие мудрость поколений, жизн... смотреть

ПОСЛОВИЦА

(по евр. машал) собственно обозначает притчу, ибо соль пословицы часто заключается в сравнении (Быт. 10:9; 1 Цар. 10:12; 2 Пет. 2:22). Выражение, «быть притчею» обозначает то же, что и «быть предостерегающим примером» (Втор. 28:37; Иез. 14:8; Срав. Иер. 29:22; Иов. 17:6). Примеры подлинных пословиц, произведений народной мудрости, находятся в 1 Цар. 24:14; 2 Цар. 5:8; Иов. 2:4; Иер. 31:29; Иез. 16:44; Лук. 4: 23; Иоан. 4:37. Вообще всякое туманное или загадочное выражение, требующее объяснения, называется пословицею или притчею (Дан. 5:12; Срав. Иоан. 16:25,29). Поучительное стихотворение или поэтическая обработка религиозной или нравственной истины, называется также притчею или загадкою (Пс. 48:5; 77:2). Но этим названием, главным образом, обозначают короткие остроумные изречения, в которых люди умудренные житейским опытом излагали свои мысли. Мудрый Соломон избрал подобную форму поучения: «Он сказал 3000 притчей, а песней его было 1005» (3Цар. 4:32).... смотреть

ПОСЛОВИЦА

1) Орфографическая запись слова: пословица2) Ударение в слове: посл`овица3) Деление слова на слоги (перенос слова): пословица4) Фонетическая транскрипц... смотреть

ПОСЛОВИЦА

Пословица жанр фольклора, афористически сжатое, образное, грамматически и логически законченное изречение с поучительным смыслом, в ритмически орган... смотреть

ПОСЛОВИЦА

пословица сущ.жен.неод. (5)ед.им.Пословица о Каджарах.Пут3.ед.вин.по-латыни и очень помню одну пословицу...Студ. 3.9.ан, лучше бы помнить пословицуСтуд... смотреть

ПОСЛОВИЦА

        (греч. paroima, лат. adagio, proverbium), краткое изречение, бытующее в народном языке, иносказательно выражающее некую житейскую мудрость. П. ... смотреть

ПОСЛОВИЦА

-ы, ж. Меткое образное изречение, обобщающее различные явления жизни и имеющее обычно назидательный смысл.[Бабушка] говорит языком преданий, сыплет по... смотреть

ПОСЛОВИЦА

- жанр устного народного творчества: вошедшее в речевой обиход законченное меткое образное изречение, применимое к самым разным жизненным ситуациям и и... смотреть

ПОСЛОВИЦА

сущ. Пост. пр.: нариц.; неодуш.; конкр.; ж. р.; 1 скл. Много народных пословиц2ЛЗ Образное, меткое изречение обобщающего характера обычно с назидательн... смотреть

ПОСЛОВИЦА

1. Законченное высказывание образного характера и с назидательным смыслом. Пословица, включенная в текст, предназначенный для перевода, обретает стату... смотреть

ПОСЛОВИЦА

малый жанр народной прозы, представляющий собой образное суждение, афоризм с завершенной структурой, характеризующий ситуацию или человека. Образность пословиц строится на зримых параллелях между описываемыми ситуациями и окружающим миром, однако значительное число пословиц наиболее архаического типа имеет в основе мифологические образы. Пословицы часто организованы ритмически. Помимо пословиц собственно фольклорного происхождения широко распространены пословицы книжные, восходящие к литературным источникам, древним или современным.... смотреть

ПОСЛОВИЦА

жatasözü, atalar sözüру́сские посло́вицы — Rus atasözleri••войти́ в посло́вицу — atasözü haline gelmekСинонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, п... смотреть

ПОСЛОВИЦА

пословица, посл′овица, -ы, ж. Краткое народное изречение с назидательным содержанием, народный афоризм. Русские пословицы и поговорки. П. не мимо молвится (посл.).<br>• Войти в пословицу 1) стать общеизвестным благодаря своей характерности. Упрямство осла вошло в пословицу; 2) о чьих-н. словах, речениях: войти в общее употребление. Многие строки басен И. А. Крылова вошли в пословицу.<br>прил. пословичный, -ая, -ое. Пословичное выражение.<br><br><br>... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛОВИЦА, -ы, ж. Краткое народное изречение с назидательным содержанием, народный афоризм. Русские пословицы и поговорки. Пословица не мимо молвится (посл.). Войта в пословицу — 1) стать общеизвестным благодаря своей характерности. Упрямство осла вошло в пословицу; 2) о чьих-нибудь словах, речениях: войти в общее употребление. Многие строки басен И. А. Крылова вошли в пословицу. || прилагательное пословичный, -ая, -ое. Пословичное выражение.... смотреть

ПОСЛОВИЦА

Полица Полис Полив Пол Повал Плов Плица Плис Плац Плав Пилав Пила Пивцо Пиво Пво Павло Оспа Осов Осло Ослица Осип Оса Опал Опа Олива Овца Овал Оао Лов Лицо Лис Половица Полоса Пос Пословица Посол Сало Липа Лаос Салоп Иса Ипс Иол Иов Впол Волос Сап Свал Своп Сила Волопас Сило Сип Сипло Слив Слип Слово Словцо Сова Соло Сопло Сплав Влас Вица Вис Виола Апис Аил Авлос Авил Цис Вал Вип Висла Вол Спица Спил Социо... смотреть

ПОСЛОВИЦА

   Образное выражение, созданное народом и передаваемое из поколения в поколение в устной форме, выражающее законченное суждение, поучение, применяемое... смотреть

ПОСЛОВИЦА

Образное выражение, созданное народом и передаваемое из поколения в поколение в устной форме, выражающее законченное суждение, поучение, применяемое ко... смотреть

ПОСЛОВИЦА

корень - ПОСЛОВИЦ; окончание - А; Основа слова: ПОСЛОВИЦВычисленный способ образования слова: Бессуфиксальный или другой∩ - ПОСЛОВИЦ; ⏰ - А; Слово Посл... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ж.proverbe m войти в пословицу — passer en proverbe, devenir vi (ê.) proverbialСинонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка

ПОСЛОВИЦА

жSprichwort n (умл.)войти в пословицу — sprichwörtlich werdenСинонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка

ПОСЛОВИЦА

Войти в пословицу. Разг. 1. Стать общепризнанным, общеизвестным. 2. чем. Прославиться чем-л. ФСРЯ, 76.Синонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, по... смотреть

ПОСЛОВИЦА

приказка, прислів'я, приповідка, приповіданка, приповістка, приповість (-істи), приговір(ка), примі[о]вка, примовля, помі[о]вка, пословка. [Народні приказки. Приповістка батькова за татарський набіг (Мир.). Це в нас така помівка. Є така пословка: бенькетує, як чорноставський владар (М. Вовч.)]. Говорить -цами - приказувати, приповідати, приповідувати.... смотреть

ПОСЛОВИЦА

(1 ж), Тв. посло/вицей; мн. посло/вицы, Р. посло/вицСинонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛОВИЦА пословицы, ж. Краткое образное законченное изречение, обычно ритмичное по форме, с назидательным смыслом. Русские пословицы лучшие и выразительнейшие из всех пословиц в мире. Достоевский. Войти в пословицу - стать общеизвестным, упоминаемым как постоянный пример, образец чего-н. Осел мой глупостью в пословицу вошел. Крылов.<br><br><br>... смотреть

ПОСЛОВИЦА

жанр фольклора, афористически сжатое, образное, грамматически и логически законченное изречение с поучительным смыслом в ритмически организованной форм... смотреть

ПОСЛОВИЦА

Входить, войти в пословицу, в поговорку.Див. ВХОДИТЬ.По пословице.За прислів'ям; це як у тій приказці кажуть; (іноді) до казки приказка годиться; до сл... смотреть

ПОСЛОВИЦА

посло́вица, посло́вицы, посло́вицы, посло́виц, посло́вице, посло́вицам, посло́вицу, посло́вицы, посло́вицей, посло́вицею, посло́вицами, посло́вице, посло́вицах (Источник: «Полная акцентуированная парадигма по А. А. Зализняку») . Синонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ж. proverbe m войти в пословицу — passer en proverbe, devenir vi (ê.) proverbial

ПОСЛОВИЦА

меткое, образное изречение, обобщающее различные явления жизни и имеющее обычно назидательный смысл. Например, «не было бы счастья, да несчастье помогло». Понимание смысла пословиц является признаком принадлежности к определённой культуре и важным показателем интеллектуального развития индивида.... смотреть

ПОСЛОВИЦА

пословицаפִּתגָם ז'; מָשָל ז' [ר' מְשָלִים, מִשלֵי-]* * *אמירהדיבורמימרהמשלפתגםСинонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка

ПОСЛОВИЦА

ж.proverbio m, dicho mвойти в пословицу — hacerse proverbial

ПОСЛОВИЦА

Ударение в слове: посл`овицаУдарение падает на букву: оБезударные гласные в слове: посл`овица

ПОСЛОВИЦА

сущ. жен. родалит.прислів'я імен. сер. роду

ПОСЛОВИЦА

谚语 yànyǔвойти в пословицу - 成为有口皆碑的事Синонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка

ПОСЛОВИЦА

Rzeczownik пословица f przysłowie n

ПОСЛОВИЦА

посл'овица, -ы, твор. п. -ейСинонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка

ПОСЛОВИЦА

közmondás* * *жközmondásСинонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛОВИЦА, жанр фольклора, афористически сжатое, образное, грамматически и логически законченное изречение с поучительным смыслом в ритмически организованной форме ("Что посеешь, то и пожнешь").<br><br><br>... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛОВИЦА - жанр фольклора, афористически сжатое, образное, грамматически и логически законченное изречение с поучительным смыслом в ритмически организованной форме ("Что посеешь, то и пожнешь").<br>... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛОВИЦА , жанр фольклора, афористически сжатое, образное, грамматически и логически законченное изречение с поучительным смыслом в ритмически организованной форме ("Что посеешь, то и пожнешь").... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛОВИЦА, жанр фольклора, афористически сжатое, образное, грамматически и логически законченное изречение с поучительным смыслом в ритмически организованной форме ("Что посеешь, то и пожнешь").... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ПОСЛОВИЦА, афористически сжатое, образное, грамматически и логически законченное изречение с поучительным смыслом, обычно в ритмически организованной форме ("Что посеешь, то и пожнешь"). <br>... смотреть

ПОСЛОВИЦА

- жанр фольклора, афористически сжатое, образное, грамматическии логически законченное изречение с поучительным смыслом в ритмическиорганизованной форме (""Что посеешь, то и пожнешь"").... смотреть

ПОСЛОВИЦА

жprovérbio m, rifão mСинонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка

ПОСЛОВИЦА

, афористически сжатое, образное, грамматически и логически законченное изречение с поучительным смыслом, обычно в ритмически организованной форме ("Что посеешь, то и пожнешь").... смотреть

ПОСЛОВИЦА

пословица ж Sprichwort n 1b* войти в пословицу sprichwörtlich werdenСинонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка

ПОСЛОВИЦА

ж. proverbio m войти в пословицу — diventare proverbiale, passare in proverbio Итальяно-русский словарь.2003. Синонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка... смотреть

ПОСЛОВИЦА

пословица = ж. proverb; войти в пословицу become* а proverb, become* proverbial; пословица даром не молвится погов. е a common proverb seldom lies.

ПОСЛОВИЦА

посло'вица, посло'вицы, посло'вицы, посло'виц, посло'вице, посло'вицам, посло'вицу, посло'вицы, посло'вицей, посло'вицею, посло'вицами, посло'вице, посло'вицах... смотреть

ПОСЛОВИЦА

ordspråk, ordretak, ordСинонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка

ПОСЛОВИЦА

жанр фольклора, афористически сжатое, образное, грамматически и логически законченное изречение с поучительным смыслом а ритмически организованной форме.... смотреть

ПОСЛОВИЦА

• Пословица не мимо молвится (П)Синонимы: адагия, афоризм, изречение, паремия, помудрушка

ПОСЛОВИЦА

{²'o:r_dsprå:k}1. ord|språk 2. ordspråk

ПОСЛОВИЦА

Посло́вицаmethali (-), mfano wa maneno (mi-), nyiso (-), msemo (mi-)

ПОСЛОВИЦА

Начальная форма - Пословица, единственное число, женский род, именительный падеж, неодушевленное

ПОСЛОВИЦА

ضرب المثل

ПОСЛОВИЦА

• patarlė (3b)

ПОСЛОВИЦА

ж. макал; войти в пословицу макал болуп калуу, макалга айлануу.

ПОСЛОВИЦА

Ж atalar sözü; zərb-məsəl; войти в пословицу zərb-məsəl olmaq.

ПОСЛОВИЦА

ж. Sprichwort n войти в пословицу — sprichwörtlich werden.

ПОСЛОВИЦА

пословиц||аж ἡ παροιμία: войти в ~у γίνομαι παροιμιώδης.

ПОСЛОВИЦА

прыказка, жен.войти в пословицу — стаць прыказкай

ПОСЛОВИЦА

пословица изречение, поговорка, афоризм

ПОСЛОВИЦА

Пословица- proverbium; adagium;

ПОСЛОВИЦА

пословица см. изречение, поговорка

ПОСЛОВИЦА

пословица посл`овица, -ы, тв. -ей

ПОСЛОВИЦА

Прыказка, войти в пословицу — стаць прыказкай

ПОСЛОВИЦА

• průpověď• přísloví

ПОСЛОВИЦА

пословицаСм. изречение, поговорка...

ПОСЛОВИЦА

пословица масал, мақол, зарбулмасал

ПОСЛОВИЦА

Зүйр үг, цэцэн үг

ПОСЛОВИЦА

Atalar sözü

ПОСЛОВИЦА

сущ.жен.ваттисен сӑмахӗ

ПОСЛОВИЦА

пословица ж η παροιμία

ПОСЛОВИЦА

przysłowie;

ПОСЛОВИЦА

аталар сёзю

ПОСЛОВИЦА

sakāmvārds

ПОСЛОВИЦА

валмуворкс

ПОСЛОВИЦА

{N} առած

ПОСЛОВИЦА

ж мәкаль

T: 102